Снижение смертности от рака — системный подход

Установление объективных критериев оценки деятельности онкологической службы имеет важное значение для ее прогрессивного развития. За почти полувековой период существования в нашей стране государственной системы онкологической помощи населению были разработаны не только принципы ее функционирования, но и ряд показателей, по которым пытались оценивать ее состояние.

Уровень выявляемости онкологических заболеваний, удельный вес ранних или, напротив, запущенных форм рака, неучтенной смертности, одногодичной летальности — вот далеко не полный перечень таких показателей. Все они в совокупности, ни тем более каждый из них в отдельности не давали целостного представления о состоянии онкологической помощи населению.

Ведущей целью деятельности онкологической службы всех уровней является достижение главного ее конечного результата — снижения смертности от злокачественных новообразований, т. е. сохранение или продление жизни больным. Только этот критерий и может свидетельствовать об эффективности онкологической помощи населению.

Рассматривая смертность как показатель, наиболее объективно отражающий деятельность онкологической службы, необходимо учитывать, что он является слагаемым конечных результатов функционирования ряда подсистем единой целостной системы. Речь идет о триединстве таких подсистем как первичная, вторичная и третичная профилактика рака.

Совокупный показатель смертности от рака определяется прежде всего уровнем заболеваемости и возможностью воздействия на него путем управления процессом канцерогенеза, в естественных условиях жизни населения, т. е. первичной профилактикой рака.

Это наиболее сложный и долговременный процесс, который зависит, как минимум, от трех условий:

  • 1. От знания роли различных факторов окружающей среды в этиопатогенезе злокачественных новообразований (причинная детерминированность управления);
  • 2. От степени влияния этих факторов на заболеваемость (вероятная эффективность управления);
  • 3. От реальных возможностей управления различными элементами системы на современном уровне наших знаний, научно- технических достижений и социально-экономического состояния общества (реальность управления).

Первичная профилактика рака носит региональный характер и решение ее задач зависит от конкретных знаний канцерогенной ситуации, сложившейся на определенной географической территории.

О реальной возможности снижения заболеваемости (а следовательно, и смертности) от рака свидетельствует опыт ряда стран. Активная перестройка исторически сложившихся традиций приготовления пищи в Японии, внедрение в быт холодильников, позволило отказаться от обычая консервировать пищевые продукты, сохранять их в натуральном виде и добиться существенного снижения заболеваемости раком желудка. Активная компания по борьбе с курением, начатая в США в 70-е годы способствовала значительному снижению числа курящих мужчин (с 55 до 36%) и приостановке роста заболеваемости рамком легкого к середине 80-х годов.

Решение задач вторичной профилактики, т. е. выявления и оздоровления лиц, страдающих хроническими предраковыми заболеваниями, неотделимо от раннего выявления рака и практически должно осуществляться одними и теми же силами и средствами. На современном этапе развития здравоохранения наиболее эффективным методом решения этих задач является разработка и внедрение различных форм и методов скрининга.

Можно выделить, как минимум, пять взаимодополняющих друг друга форм скрининга, обеспечивающих его комплектность:

  • 1) анкетно-опросный;
  • 2) гинеко-цитологический;
  • 3) флюорографический;
  • 4) лабораторный;
  • 5) эндоскопический.

Основной принцип функционирования скрининга этапность. На первом этапе осуществляется отбор лиц, предъявляющих различные жалобы со стороны наружных и внутренних органов или с патологическими изменениями, обнаруживаемыми различными объективными методами исследования, безотносительно того, имеются или нет подозрения на наличие онкологических заболеваний. Главными действующими лицами первого этапа являются средние медработники (фельдшера, акушерки, медсестры) фельдшерских и фельдшерско-акушерских пунктов, здравпунктов, смотровых кабинетов, терапевтических и цеховых участков.

На втором (врачебном) этапе осуществляются необходмые дообследования с целью уточнения диагноза. Этот этап может иметь ряд вариантов, связанных как с особенностями выявленной патологии, так и с состоянием лабораторно-технической базы массового обследования. Решающее значение для успешного осуществления этого этапа имеет создание на базе крупных городских и всех центральных районных больниц скрининг-диагностических отделений (центров), оснащенных современным диагностическим оборудованием и аппаратурой.

Завершающим этапом скрининга онкопатологии является онкологический диспансер. На этом этапе окончательно решаются вопросы диагностики, определяется лечебная тактика, обеспечивается лечение.

Реальность вторичной профилактики рака отчетливо прослеживается на примере рака шейки матки, а также рака желудка. По данным японских исследователей, наблюдавшееся в стране снижение смертности от рака желудка на 53,9% произошло вследствие снижения заболеваемости, а на 46,1% за счет усовершенствования диагностики, роста выявления ранних форм рака желудка как основной гарантии радикального лечения.

Третичная профилактика рака по сути и есть заключительный этап вторичной. Она призвана обеспечить качество диагностики и лечения онкологического больного, их динамическое наблюдение и реабилитацию. Важным элементом, обеспечивающим эффективность третичной профилактики, является диспансеризация онкологических больных.

В связи с ростом заболеваемости злокачественными новообразованиями и значительным увеличением численности контингентов больных, находящихся на учете в онкологических учреждениях, назрела необходимость перехода на автоматизированную систему учета и диспансеризации онкологических больных. Создание современной лечебно-диагностической базы онкологической службы, развитие специализированных ее подразделений, подготовка кадров врачей — онкологов различных специальностей — все это является неотъемлемой частью третичной профилактики рака.

Разработка и реализация для каждой территории комплексных программ профилактики рака должны послужить достижению благоприятного конечного результата — снижению смертности от рака различных органов.

Заболеваемость и смертность от рака в мире

Заболеваемость и смертность от рака в мире

Заболеваемость и смертность от онкологии изучены достаточно хорошо. В большинстве стран принята система обязательной регистрации пациентов со злокачественными новообразованиями, которая позволяет вести тщательный учет всех показателей и делать прогнозы.

По данным статистики, онкология является одной из основных причин смерти в мире: процент смертности от рака составляет 20%, поэтому патология занимает 2 место. Ученые считают, что в скором времени злокачественные новообразования займут лидирующие позиции и опередят сердечно-сосудистую патологию.

По прогнозам ВОЗ (Всемирной Организации Здравоохранения), за 20 лет показатели смертности и заболеваемости от рака увеличатся в 2 раза: число новых случаев заболевания вырастет с 10 млн. до 20 млн., а летальность с 6 млн. до 12 млн. В развитых странах в последние годы отмечается снижение смертности и заболеваемости за счет улучшения мер профилактики и методов диагностики, а также улучшения качества специализированной помощи.

Статистика уровня заболеваемости раком в мире

Соотношение заболеваемости инфекционными болезнями и раком в развивающихся странах составляет 8:1, а соотношение смертности 3:1. Также велика проблема нарушения питания в этих областях, соотношение смертности от недостаточности питания и рака составляет 1:1. Например, в Сенегале из 100 инфекционных больных погибает порядка 30 человек, а из 100 онкологических практически 90. Хотя довольно трудно адекватно оценить серьезность проблемы рака в развивающихся странах при отсутствии достоверных статистических данных. Ведь примерно 70% заключений о смерти выписываются людьми без медицинского образования, у них нет онкологических центров, поэтому более 90% пациентов с раком выявляются на заключительных стадиях развития.

Статистика смертности от рака в мире

Структура смертности от онкологии в мире в развитых странах:

В структуре мужской смертности от злокачественных новообразований преобладают следующие виды рака:

Рак желудка – 10%;

Рак кишечника -8%;

В структуре женской смертности от онкологии преобладают другие виды рака:

Рак молочной железы – 15%;

Рак кишечника – 9%;

Рак шейки матки -7%;

Статистика умерших от рака в развивающихся странах немного отличается. В Африке и в Восточной Азии наибольшую значимость играет рак печени, частота этой патологии в 24 раза выше, чем в Европейских странах, поэтому показатель смертности от этой формы патологии довольно высокий. Это связано с особенностями работы в этих регионах. Также в этих странах часто встречается рак кожи, лимфомы, саркомы.

В странах Ближнего Востока (Египет, Иран, Судан) отмечаются высокие показатели заболеваемости бильгарциозом, который приводит к развитию рака мочевого пузыря, плохо поддающегося терапии и выявляемого на поздних стадиях.

Стоит отметить, что примерно 10% пациентов с установленным диагнозом отказываются от лечения, более 20% людей с подозрением на рак боятся обращаться за квалифицированной помощью, поэтому статистика смертей от рака довольно неблагоприятна.

Детская смертность от рака в мире

Ученые отмечают, что детская онкология встречается реже взрослой, к тому же смертность за последние 40 лет снизилась практически в 4 раза. И если раньше можно было спасти только 20% детей, страдающих от рака, то сегодня выживает более 80% пациентов.

Основной причиной высоких показателей смертности в возрасте от 0 до 14 лет является поздняя выявляемость, ведь примерно 30-45% пациентов поступают в специализированные учреждения на 3-4 стадии развития рака. Это усугубляет прогнозы выживаемости и увеличивает расходы на лечение. Если злокачественные новообразования диагностированы на 1-2 стадии, то пятилетняя выживаемости при многих формах рака у детей составляет 80-90%, 3 и 4 стадия приводят к значительному ухудшению прогнозов.

За 30-летний период наблюдается значительное улучшение показателей выживаемости от злокачественных новообразований в детском возрасте. Это связано с улучшением методов диагностики и повышением качества специализированной помощи. Если раньше показатель пятилетней выживаемости составлял менее 58%, то с 2010 года он равен 83%. Тем не менее, продолжительность жизни пациентов зависит от различных факторов: вида рака, возраста пациента и других причин. Средние показатели 5-летней выживаемости при ретинобластоме равны 97%, при лимфоме – 97%, лейкемии – 85%, раке центральной нервной системы – 72%, раке костей – 71%.

У детей очень часто наблюдаются побочные эффекты от терапевтических процедур, которые приводят к снижению продолжительности жизни, а также ухудшают функциональность организма и повышают риск формирования вторичного рака.

Прогнозы и факторы риска

В наше время никто не может назвать точных причин развития злокачественных новообразований, но ученые выявили ряд предрасполагающих факторов, которые значительно увеличивают риск заболеваемости и смертности от рака. Раньше многие считали, что основной причиной появления атипичных клеток является генетическая аномалия. На данный момент времени научно доказано, что наследственность играет роль в 10% случаев, 10% остается на остальные внутренние причины, а в 80% виноваты внешние факторы окружающей среды.

Наиболее значимый и потенциально устранимый внешний фактор – курение. По оценкам ВОЗ, именно курение в 80-90% является причиной рака легких, полости рта, гортани, пищевода, при этом даже пассивное курение повышает риск развития онкологии на 70%.

Это интересно:  Истина в генах. Почему алкоголь так по-разному влияет на людей?

Другой потенциально опасный канцероген – этанол. Он усиливает негативное воздействие курения и в 60% случаев приводит к злокачественным новообразованиям пищеварительной системы. Рацион питания также оказывает влияние на заболеваемость и смертность от рака, в 30-70% неправильное питание ведет к онкологии.

Гормоны играют важную роль в организме. Поэтому нарушения гормонального фона могут увеличить риск формирования опухоли у женщин на 19,8% у мужчин на 27,5%.

Если исключить все вышеперечисленные факторы риска, то можно добиться снижения показателей смертности на 65%.

Статистика выживаемости при раке в мире

Для оценки показателя выживаемости учитывают количество пациентов, которые прожили в течение 5, 10, 15 лет и более. Статистика выживаемости при раке отличается в разных странах: в России в среднем она составляет 40-50%, Франции – 60%, США — 64%.

Прогнозы выживаемости зависят от множества факторов: возраста пациентов, вида злокачественного новообразования, сопутствующей патологии и других. Большую роль играет стадия рака, так как именно от нее зависит степень распространения опухоли, вероятность формирования метастазов и выбор методов лечения. Наиболее благоприятны 1 и 2 стадия злокачественных новообразований, прогнозы пятилетней выживаемости после проведения адекватной терапии в эти периоды составляют 93% и 75% соответственно. На 3 стадии рака обнаруживаются метастазы в регионарных лимфатических узлах, и прогнозы выживаемости снижаются до 55%. На 4 стадии формируются множественные отдаленные метастазы, пятилетняя выживаемость равна 13-15%, при некоторых формах рака не более 5%.

За последние десятилетия показатели пятилетней выживаемости при отдельных формах рака значительно возросли или стабилизировались. Улучшение средних показателей выживаемости можно объяснить увеличением доли онкологических заболеваний, выявленных на начальных стадиях развития, а также совершенствованием метолов диагностики и лечения. Активное применение комплексной терапии, включающей оперативное вмешательство и химиолучевое воздействие, сыграло положительную роль в динамике показателей выживаемости.

Такие различия в показателях выживаемости обусловлены последствиями лечебных мероприятий, ведь удаление одного легкого неизбежно приводит к легочной недостаточности, которую нельзя восполнить внешними факторами, а вот отсутствие части желудка позволяет пациенту полноценно жить после терапевтических процедур.

Инновации и онкология: для снижения смертности от рака придется постараться

В медиацентре «Российской газеты» эксперты обсудили государственные планы по борьбе с онкологическими заболеваниями, а также проблемы с доступностью инновационных препаратов в онкологии и онкогематологии.

Планы государства

Сегодняшние реалии расходятся с целями, которые намечены государством в сфере борьбы с онкологическими заболеваниями, говорит директор Российского общества клинической онкологии Илья Тимофеев. Раком будет болеть все больше российских граждан, подчеркивает эксперт: за последние десять лет количество больных раком увеличилось на 20%, и к 2019 году в России будет 600 тыс. заболевших – это больше населения ряда российских городов. При этом каждый год от онкологических заболеваний погибает 300 тыс. человек, говорит Тимофеев. Показатели смертности и заболеваемости совершенно неудовлетворительны, заявляет эксперт.

В 2018 году во время ежегодного послания к федеральному собранию Президент РФ Владимир Путин заявил о необходимости создания общенациональной программы по борьбе с онкологическими заболеваниями. Президент поручил правительству добиться снижения смертности от новообразований, в том числе от злокачественных до 185 случаев на 100 тыс. населения в 2024 году. К этому времени планируется построить новые онкоцентры и дооборудовать старые. На это планируется потратить примерно 1 трлн рублей. Президент также призвал уделить больше внимания ядерной медицине.

Продолжительность жизни

Онкологические заболевания находятся на втором месте по смертности после сердечно-сосудистых, отмечает эксперт, при этом для пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями удалось добиться увеличения продолжительности жизни – в отличие от онкологических больных они могут жить долгие годы. С точки зрения Тимофеева, необходимо сосредоточиться на увеличении продолжительности жизни людей с онкологией, улучшении качества жизни тех больных, которые имеют такой диагноз, и увеличении процента больных, которые доживают до 80 лет.

«Большая надежда была на профилактику и раннюю диагностику. Но увы, как бы мы ни развивали профилактику, как бы мы ни развивали раннюю диагностику, 50% процентов больных окажутся с метастатической формой болезни. Им потребуется лекарственная форма лечения. И только существующие инновационные методы, которые внедряются и в России, позволят увеличить их продолжительности жизни», — считает эксперт.

Доступность лекарств

Проблема доступности инновационных лекарств стоит очень остро, говорит Лилия Матвеева, президент Всероссийского общества онкогематологии «Содействие». Людям с онкогематологическими заболеваниями могут своевременно назначить препараты, но получить их будет очень сложно. Для таких пациентов вопрос времени очень важен, подчеркивает она, — у них нет возможности ждать.

Основная проблема заключается не в перечнях доступных препаратов, а в бюджетах, считает главный научный сотрудник отделения клинической фармакологии и химиотерапии НМИЦ онкологии имени Н.Н. Блохина Алексей Трякин. Каждый новый препарат, по словам эксперта, становится дополнительной нагрузкой на бюджет. Система лекарственного обеспечения требует изменения, считает Трякин. Кроме того, по мнению эксперта, в ситуации, при которой далеко не все пациенты обеспечены возможностью воспользоваться базовой терапией, необходимо притормозить планы по строительству центров ядерной терапии.

Министерство здравоохранения РФ не пригласило пациентские организации к обсуждению создаваемой сегодня стратегии по борьбе с онкологическими заболеваниями, отметила Ирина Боровова, президент Ассоциации онкологических пациентов «Здравствуй!». Как показывает практика, документы, которые создаются без участия тех, для кого они пишутся, будут долго корректироваться, чтобы эффективно работать на практике, подчеркнула она.

Лечение онкологических пациентов стоит на трех постулатах, рассказала Боровова: лучевая терапия, лекарственная и хирургическая. Лекарственная терапия помогает закрепить процесс, часто это основа лечения пациента, говорит эксперт, и за последние годы в этой сфере был сделан колоссальный прорыв. Новейшие технологии — это шанс пациента жить долго и качественно, но наши врачи зачастую получают инновационные лекарства лишь спустя пять-десять лет, резюмировала она.

Одна из острых проблем – незарегистрированные препараты, говорит Боровова. Пациент имеет право на их получение, но зачастую у него нет ни сил, ни времени их доставать. Эксперт привела в пример Германию, где больные с онкологией не сталкиваются с необходимостью добиваться лекарств. Если в России пациентские организации борются за права граждан, то немецкие пациентские сообщества в основном заняты улучшением качества жизни пациентов, подчеркнула она. Еще одна проблема, по словам Борововой, заключается в недостатке образования: зачастую в регионах врачи просто не знают, как использовать новые технологии. Кроме того, существует проблема недостатка врачей, говорит эксперт: на всю страну есть только 9 тыс. онкологов.

Ранее в Национальном центре онкологии имени Н.Н. Блохина рассказали о разработках тестов для раннего обнаружения онкологических заболеваний. Система будет находить разрушенные ДНК опухолевой клетки, которые дают полную информацию о процессе в организме. Это помогает обнаружить опухоли даже на этапе, когда никаких проявлений и симптомов нет.

Подписывайтесь на канал АСИ в «Яндекс.Дзен».

Как Минздрав планирует снизить смертность от онкологии на 10%

В 2012 году Россия занимала 1-е место по онкологическим заболеваниям. Перспектива удручала, но уже через пять лет смертность уменьшилась на 3,5%. Останавливаться нельзя.

Такую позицию занимает председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко.

Задача поставлена – выполнять

В начале года проблема онкологических заболеваний стала приоритетной задачей Министерства здравоохранения. С каждым годом число россиян с диагнозом «рак» увеличивается. Поэтому в ежегодном послании к Федеральному собранию Владимир Путин призвал повысить уровень профилактики.

«Предлагаю реализовать специальную общенациональную программу по борьбе с онкологическими заболеваниями», — высказался президент РФ.

Проблема должны быть решена на всех этапах: от диагностики до процесса эффективного лечения. Для этого президент предложил привлечь науку и отечественную фарминдустрию.

Программа действий

Минздрав не стал тянуть с решением поставленной задачи. Для этого продолжилась работа по «Национальной онкологической программе», рассчитанной до 2030 года. Можно, конечно,вспомнить подобную программу по онкологическим заболеваниям, действующую с 2009 по 2014 год. Она предполагала улучшение оборудования и оснащения специализированных центров. Но цели достигнуты, а задачи изменились.

Программу приняли в ноябре прошлого года на V Всероссийском заседании профильной комиссии по специальности «онкология». Специалисты Российского онкологического научного центра имени Н.Н. Блохина в новом проекте указали первостепенность реабилитации пациентов в ремиссии, профилактику онкологии и подготовку новых специалистов.

Главной причиной высокой смертности из-за онкологии специалисты считают поздний диагноз. Информагентству «Политика Сегодня» заместитель директора НМИЦ онкологии имени Н.Н. Петрова Александр Щербаков объяснил это нехваткой времени.

«Чем позднее ставится диагноз, тем сложнее выстроить курс лечения, – считает онколог. – Сокращаются и шансы на выздоровление. Также поздно поставленный диагноз может иметь и такую возможность как рецидив, то есть повторное проявление болезни».

Кроме того важна и реабилитация пациента. Щербаков подчеркивает, что необходимо наблюдать за пациентом в ремиссии и не забывать про психологическую поддержку.

«Сообщение о диагнозе «рак» потрясет любого человека, – уверен Щербаков, – Это сильнейшая психологическая травма. Конечно, человеку нужна помощь. И кроме поддержки необходимо мобилизовать внутренние ресурсы организма. Нужно как-то выходить из тупика, в который приводит тяжелая болезнь».

К 2029 году ожидается, что смертность снизится до 180 случаев на 100 тысяч. Если сравнить с показателями 2016 года, когда 200 случаев на 100 тысяч считались везением и удачей, прогресс есть. Но нет предела совершенству.

От слов к делу

Борьбу с онкологией начали на разных этапах ее появления и прогрессирования. Например, департамент здоровья Москвы провел акцию по раннему выявлению онкологии. После модернизаций поликлиник по прошлой программе появилась возможность найти «рак» на ранних стадиях. Как рассказал «Российской газете» специалист-онколог Игорь Хотьков технические возможности лечения и профилактики онкологии в столице не уступают ведущим столицам мира.

«Сегодня на ранних стадиях онкологию в столице выявляют в 59% случаев», – акцентирует внимание на результатах Хотьков.

Не отстает от Москвы и периферия. В Дальневосточном Федеральном Университете ученые получили биологически активные вещества из морской губки с противоопухолевыми свойствами. В будущем эти вещества можно будет использовать в антираковых препаратах. А в новосибирском Институте Химической биологии и фундаментальной медицины начали работать над самим препаратом. Предполагается, что в его состав войдут вирус осповакцины и белок грудного молока.

Но расширяется не только база лекарств, но и специализированных центров. Хотя и не очень уверенно. В апреле, например, обещали построить центр ядерной лучевой медицины в Крыму. Уже в мае министр здравоохранения Вероника Скворцова говорила о новом центре в Димитровграде. В итоге центр открылся в Ростове-на-Дону. А к 2020 обещают еще один в Свердловской области.

Реформы приняты

Пока строятся центры и испытываются новые лекарства, Минздрав во главе с Скворцовой формулирует первые тезисы Национальной онкопрограммы. Ее разработкой занимается координационный совет из 60 лучших специалистов направления. Первыми плодами их совместной работы стал предел в 14 дней сначала для подтверждения диагноза, а потом и для начала лечения. «Российской газете» Скворцова объяснила, что это изменит.

Это интересно:  Бессонница у подростков: причины и лечение

«Нами подготовлено более 80 клинических рекомендаций и более 860 протоколов ведения больных с различной локализацией и видами онкологии. Также поставлена задача уйти от многоэтапности в маршрутализации больного, когда его «передают» из местной больницы в региональную», – рассказывает министр здравоохранения.

Кроме того, теперь некоторые виды помощи можно будет получить за счет обязательного медицинского страхования. На 60% увеличился расход на лечение онкологических заболеваний. Именно поэтому такие процедуры как химиотерапия стали доступны даже в дневных стационарах. Хотя раньше они привязывали человека к больнице. Так же в ОМС войдет индивидуальная консультация у страхового представителя, что упростит лечение.

«С этого года начинает действовать проект, в ходе которого представители Федерального фонда обязательного медицинского страхования третьего уровня, то есть врачи-эксперты, будут помогать и сопровождать лечение пациентов с онкологическими заболеваниями, – объясняет корреспонденту информагентства «Политика Сегодня» представитель ФФОМС Павел Бреев. –Если возникают проблемы с обслуживанием или проведениям терапий, можно обратиться к нашим консультантам».

Онколог Щербаков согласен с большим прогрессом, который был достигнут в области лечения онкологии.

«Если сравнить с ситуацией, которая была несколько десятилетий назад, то прогресс значительный. Онкология – одно из ключевых направлений развития медицины, – заявляет онколог. – Минздрав идет в правильном направлении. Но и проблем еще много, к сожалению».

Совет Федерации в теме

Совет Федерации не остался в стороне. Матвиенко объяснила, почему президент поставил задачу по онкологическим заболеваниям.

«В целом по стране количество онкозаболеваний растет, – поделилась спикер Совфреда с журналистами статистическими данными. – Это происходит, в том числе и по причине улучшения диагностики, но не только – негативный тренд присутствует».

А 16 июля на заседании региональному здравоохранению депутаты верхней палаты обсудили программу борьбы с онкологией. На этот раз Матвиенко предложила несколько кардинальных нововведений. К ним относится обязанность работодателей стимулировать их работников проходить медосмотры, фиксированный алгоритм действий при подозрении у пациента онкологии и создание общей базы больных. Пока это только планы и предложения, и спикер Совфреда акцентирует внимание на большом объёме будущих работ.

«Необходимы условия, в том числе и финансовые, чтобы этот процесс продолжался, и в стране разрабатывались и внедрялись новейшие методы диагностики и лечения», – добавила Матвиенко.

Достижениями же успела похвастаться Скворцова. Минздрав завершил разработку перечня международных кодов онкологических заболеваний.

«Первая часть программы направлена на переход всей страны, на единый международный диагностический код заболевания, который посегментно складывается из основных информационных блоков, позволяющих выбрать правильный международный протокол лечения больного», –доложила министр здравоохранения.

Было создано 940 моделей онкологических заболеваний на основе 77 клинических рекомендаций. Каждому коду соответствует несколько алгоритмов действий врача, которые выбираются в зависимости от индивидуальных особенностей организма.

Остаются нерешенные вопросы. Что делать пациентам в Сибири и на Дальнем Востоке, где специализированных центров практически нет? После второй части программы, как будут бороться с онкологией? Почему не говорят о повышении квалификации провинциальных специалистов? Будут ли и как расширят субсидии людям с диагнозом «рак»? И почему за пример Минздрав берет Европу, а не хочет сделать ее результат еще лучше? Ответов нет, а вот времени до 2030 года предостаточно.

Многие вопросы программы борьбы с онкологическими заболеваниями будет обсуждаться Советом Федерации 24 и 28 июля.

Автор: Екатерина Авакова

Для тех, кто живет за границей
Мы есть и в Telegram

«Страна незаметно теряет тысячи жизней от женской онкологии»

Только от рака молочной железы в России ежегодно умирают около 23 тысяч человек. Столько же гибнет, например, от ДТП. Однако очевидно, что внимание, уделяемое этим потерям несопоставимо. Специалисты считают, что за счет ранней диагностики и адекватной терапии можно год от года спасать тысячи женщин. И хотя новые препараты позволяют, если не вылечить, то продлить жизнь даже тем, кто обратился за лечением слишком поздно, врачи стараются максимально повысить шансы на раннее выявление заболевания. В этой работе им помогают частные компании. К примеру, российская биотехнологическая компания BIOCAD, которая реализует программу «Живи без страха!» с целью привлечения внимания к столь актуальной и социально значимой, но мало обсуждаемой в России теме женских онкологических заболеваний.

Накануне Всемирного дня борьбы с раком молочной железы «Лента.ру» побеседовала о современных проблемах в женской онкологии с руководителем отдела оптимизации лечения подростков и молодежи с онкологическими заболеваниями ННПЦ ДГОИ им. Д. Рогачева, членом правления Российского общества клинической онкологии Николаем Жуковым и главным врачом Красноярского краевого клинического онкологического диспансера Андреем Модестовым.

Расскажите об онкологических заболеваниях женской репродуктивной системы. Какие их разновидности встречаются чаще всего?

Жуков: Как понятно из названия, к этой группе относятся опухоли женских органов: рак молочной железы, яичников, шейки и тела матки и некоторые другие заболевания. Наиболее распространен рак молочной железы — более 60 тысяч новых случаев ежегодно. И одновременно это онкологический убийца женщин №1. От всех же разновидностей такого рода опухолей в России ежегодно умирает около 40 тысяч женщин.

Очень обидно, но многих из этих женщин можно было бы спасти. Так, например, в США раком молочной железы ежегодно заболевает 240 тысяч, а погибает в год около 40 тысяч. То есть соотношение заболевших и умерших в течение года примерно 6:1. А в РФ на 66 тысяч заболевших приходится 23 тысячи умерших, то есть соотношение уже 3:1. По самым грубым подсчетам, при достижении американских результатов только за счет рака молочной железы мы могли бы сохранять около 12 тысяч человеческих жизней за год.

Модестов: В структуре заболеваемости у женщин на первом месте в Красноярском крае рак молочной железы (20 процентов), затем — рак кожи (12,8 процентов). На третьей позиции — рак шейки матки (7,2 процента). Смертность в первый год от этих заболеваний аналогична средним показателям по России.

А вообще, в целом опухолей становится больше?

Жуков: Да, онкологическая заболеваемость растет. Увы, далеко не все причины этого очевидны. На поверхности один из основных факторов риска — возраст. Чем старше человек, тем больше шансов на развитие рака — больше экспозиция к канцерогенам или шанс на спонтанную генетическую ошибку при делении клеток.

Чем больше общественного благополучия, тем больше онкологических рисков?

Жуков: Да, раньше люди часто погибали от других причин (инфекций, травм, сердечнососудистых заболеваний). Еще в начале ХХ века средняя продолжительность жизни людей колебалась в районе 40 лет. Теперь мы живем значимо дольше, но, увы, чаще болеем раком и погибаем от него. К сожалению, с большой степенью вероятности полностью избавиться от этой беды нам не удастся никогда. Опухоли — это расплата за эволюцию, изменчивый геном позволил первичным одноклеточным эволюционировать во все разнообразие жизни на Земле, но этот же механизм при появлении изменений в ненужном месте за счет развития опухолей убивает отдельных индивидов. От этого нам никуда не деться. Будет меняться пейзаж опухолей в зависимости от того, каким из канцерогенов будут испытывать себя на прочность люди, но рак останется с нами навсегда. Так, повальное курение привело к всплеску рака легкого. Когда курить бросили, заболеваемость пошла на спад. Мода на «благородную бледность» сменилась модой на бронзовую кожу — повысилась заболеваемость меланомой.

Говорят, что рак шейки матки – это болезнь молодых. Так ли это?

Жуков: Да, в среднем рак шейки матки моложе — медиана возраста приходится на 50 лет, в то время как для других женских болезней средний возраст — за 60. Однако не стоит успокаиваться: средний возраст не значит, что опухоль не может развиться в 20 или 30. Вероятность этого меньше, но не нулевая.

Расскажите о проблеме диспансеризации, скрининга в России. Почему граждане нашей страны не проходят регулярные обследования, что мешает?

Жуков: Незнание и страх. Скрининг — это обследование людей без симптомов болезни (то есть ощущающих себя здоровыми) с целью выявления среди них носителей уже развившихся опухолей (иногда и предраковых состояний) и, за счет этого, спасения их жизни. Согласитесь, очень привлекательная и благородная цель. Беда в том, что для «целевой аудитории» — людей, ощущающих себя здоровыми, это очень размытая цель. А прямого контакта между ними и онкологами, которые могли бы разъяснить пользу скрининга, нет. Граждане пересекаются с онкологами только тогда, когда уже ощущаются симптомы заболевания и пациент обращается за помощью. Можно хоть весь онкодиспансер увешать объявлениями об исключительной пользе скрининга для выявления рака шейки матки на ранней стадии. Но кто это прочтет? Те, у кого уже возникли проблемы, те кому пришлось прийти в диспансер.

И в этой связи хочется сказать об исключительной пользе таких инициатив, как программа «Живи без страха!». Они организационно помогают соединить онкологов и тех, кому можно помочь на самых ранних стадиях заболевания, объяснить людям, пока не испытывающим никаких проблем, что за периодически потраченные на профилактические обследования минуты или часы они могут «купить» себе жизнь. А также объединить тех, кто уже знает свой диагноз и проходит лечение.

Информационно-образовательная программа «Живи без страха!» направлена на привлечение внимания общественности к проблеме диагностики и лечения онкологических заболеваний женской репродуктивной системы – рака молочной железы, рака яичников, рака тела и шейки матки. Программа развенчивает мифы и позволяет жить полной жизнью, борется с неоправданными страхами перед диагностикой, дает надежду пациентам, столкнувшимся с заболеванием, побуждает к заботе о собственном здоровье и своевременной профилактике онкологических заболеваний

А как обстоят дела с внедрением современных методик лечения?

Модестов: Мы своим пациентам проводим высокотехнологические хирургические операции на основе федеральных (145) и региональных квот (535).

В целом в настоящее время четверть операций у нас проводятся лапороскопическим методом (меньше повреждений, быстрее заживление). А еще у нас все больше случаев онкологии выявляется на ранних стадиях (51,7 процента). Рост доли малоинвазивных операций обусловлен и этим тоже.

Также, например, в 100 процентах случаев рака молочной железы в Красноярском крае проводятся иммуно-гистохимические исследования, после которых все пациентки с HER-2 положительным рецепторным статусом получают таргетную терапию в профилактическом и лечебном режиме.

Это интересно:  Муж алкоголик — что делать женщине

Если есть хорошее оборудование, методики и врачи, как тогда привести человека в больницу, чтобы он не боялся?

Жуков: Для большинства нужно просто донести простой лозунг «Вовремя обследовался — сохранил жизнь» (разумеется, в тех областях, где это возможно). Необходима грамотная пиар-стратегия, нашей онкологии нужна энергия опытных маркетологов, людей, способных продвигать то, что, на первый взгляд, им абсолютно не нужно. Государству сложнее участвовать в этом деле, чем бизнесу. И отличным примером можно назвать программу «Живи без страха!» компании BIOCAD.

Онкологии боятся во всем мире, но страх этот разный. Страх американца или европейца более рационален: они боятся узнать о болезни слишком поздно. А средний россиянин боится услышать диагноз (есть ощущение, что пока слово «рак» не прозвучало, то болезни вроде бы и нет). Именно поэтому западные люди проходят скрининг, а наши сограждане часто не обращаются к врачу даже при явных признаках неблагополучия. И с этим нужно бороться путем доступного, не наукообразного просвещения населения. Думаю, с программой «Живи без страха!» все получилось именно так.

А как в Красноярском крае относятся к программе «Живи без страха!»?

Модестов: Я считаю, что это интересная программа, дающая определенные ресурсы для того, чтобы привлечь внимание к проблеме раннего выявления злокачественных образований, как раз к вопросу о культуре отношения к своему здоровью. На улицах висят баннеры, которые говорят, напоминают об этих исследованиях.

Эту программа следует реализовывать на регулярной основе. У нее совершенно правильное название, отражающее суть проблемы. Люди боятся того, что может происходить с ними, боятся слова «онкология» и избегают врачей. В результате они все равно к нам попадают, но когда уже все запущено. То есть, в данном случае, страх только вредит. Его необходимо преодолеть как раз с помощью тех методик, которые используют организаторы этой программы.

Может быть, и верна поговорка «меньше знаешь — крепче спишь», но в нашем случае «больше знаешь — дольше проживешь».

В рамках программы «Живи без страха» в Красноярске состоялся образовательный семинар для врачей, а также бесплатные осмотры женщин.

В Красноярске скрининг рака шейки матки прошли женщины в возрасте от 20 до70 лет. По результатам обследований ни у кого из них не было заподозрено злокачественное новообразование, однако в одном случае специалисты выявили предраковое заболевание (дисплазию) и в нескольких случаях – признаки присутствия вируса папилломы человека. Специалисты отметили, что у большинства женщин обнаружены воспалительные заболевания репродуктивной системы, о которых пациентки не подозревают или на которые не обращают внимания. Этот факт говорит о том, что многие женщины не посещают женские консультации с той периодичностью, с которой это делать необходимо. Из всех взятых во время акции мазков только один или два оказались без каких-либо патологий.

Продиагностировали, нашли заболевание. А какие сегодня есть современные эффективные методы лечения?

Жуков: Первоначально лечением от рака была только операция. Однако хирург может удалить лишь то, что видит. Иногда этого достаточно. Но часто злокачественные клетки распространяются по организму до удаления опухоли, что делает хирургию неэффективной. Именно для воздействия на эти рассеянные по организму опухолевые клетки используется системный, лекарственный метод лечения. Изначально он был представлен только химиотерапией. Это такая кувалда хорошая: оказывает мощное воздействие на раковые клетки, так как бьет по их генетическому аппарату. И при некоторых опухолях химиотерапия обладает очень высокой эффективностью.

Но мишень для химиопрепаратов содержат и здоровые клетки организма. И часто порог чувствительности раковых клеток оказывался выше, чем порог чувствительности клеток здоровых, что заметно ограничивало эффективность химиотерапии.

Позднее было установлено, что опухоль не является полностью автономным образованием. Оказалось, что для успешной жизнедеятельности, как и здоровые клетки организма, она все же должна получить определенные стимулирующие сигналы. Но часто, эти сигналы особые, не похожие на то, что требуется нормальным клеткам. Таким образом открылся путь для нового вида лечения — таргетной (от английского target — мишень) терапии, предусматривающей направленное блокирование важных для опухоли, но малозначимых для здорового организма сигнальных путей.

А после уже появилось большое количество подобных препаратов. К сожалению, все они пришли к нам с Запада. Инновации в современной медицине — вещь очень ресурсоемкая, требующая привлечения лучших умов и технологий, а весь бюджет здравоохранения в Российской Федерации в семь раз меньше, чем средства, выделяемые только на онкологию в США. Но как бы то ни было, российские больные все же получили эти препараты, и некоторым они спасли жизнь. В ряде случаев даже удалось «вывернуть рак наизнанку» — благодаря эффективным препаратам лечение опухолей, ранее считавшихся наиболее «злыми», в настоящее время дает наилучшие результаты. Так, например, произошло с одним из подтипов рака молочной железы. Еще совсем недавно прогноз с ним был самый неутешительный — болезнь чаще возвращалась после операции, эффективность химиотерапии была ниже, было больше летальных исходов. Новый препарат трастузумаб позволил сделать результаты лечения этого подтипа наилучшими. По сути, опухоль осталась такой же «злобной», но хорошее лекарство исправило плохой прогноз.

Настоящий прорыв в онкологии сделали биологические препараты, среди которых наиболее востребованы в России сегодня трастузумаб и бевацизумаб. Так, еще 20 лет назад рак молочной железы HER2+ считался наиболее агрессивным и фатальным заболеванием, однако сегодня при активном включении трастузумаба в лекарственные режимы на ранних и распространенных стадиях удается переломить ситуацию и достичь колоссального увеличения выживаемости у пациенток с данным вариантом болезни. В свою очередь, диагноз рак шейки матки у каждой пятой женщины ставится до 40 лет. Бевацизумаб — единственный таргетный препарат для терапии данного заболевания.

Эффективность высокая, переносимость хорошая, однако есть еще такой критерий, как финансовая токсичность. Стоимость таргетных препаратов выше, чем то, что способны себе позволить наше государство и многие наши граждане. Обеспеченность этими препаратами была крайне малой.

Модестов: У нас в арсенале 22 препарата. Это целевая терапия, направленная непосредственно на опухоли. Тогда как при классической химиотерапии убиваются и здоровые клетки.

Благодаря системному подходу к лечению пациентов Красноярского края со злокачественными новообразованиями и реализации проекта расширения и реконструкции онкологического диспансера, сократилась смертность на первом году жизни после постановки диагноза. В 2016 году она составила 22,3 процента, что, к слову, ниже, чем в среднем по стране (в РФ — 23,2 процента).

Может ли российская медицинская промышленность предложить нашему пациенту такие препараты или нужно закупаться за границей?

Жуков: К сожалению, цена имеет значение и в медицине. Дорогой и недоступный (пусть и даже высокоэффективный) препарат не может помочь больным — они его просто не получают. Поэтому создание отечественных (и не только) аналогов дорогостоящих инновационных препаратов можно только приветствовать. Тем более что для новых биологических препаратов (к которым относятся и трастузумаб, бевацизумаб) для доказательства эквивалентности требуются полноценные клинические испытания, что дает дополнительную уверенность в их эффективности и переносимости. Судя по ощущениям и пациентам, все действительно так. Причем такие препараты значительно дешевле, а значит, в рамках выделенного бюджета можно будет помочь большему числу больных, переходя от медицины для избранных к лечению всех.

Модестов: Подтверждаю, что на российские таргетные препараты не было ни одной жалобы от врачей или пациентов. Они в 2,5–3 раза дешевле импортных, и на высвобожденные средства наш регион имеет возможность больше закупать других лекарств.

Насколько эти препараты доступны пациентам?

Модестов: В Красноярском крае сегодня, например, всем женщинам, у которых выявлен Her2-положительный рак молочной железы, назначается таргетный препарат трастузумаб, согласно международным и отечественным рекомендациям. Эта программа у нас реализуется с 2012 года.

Если человек, будучи инвалидом по заболеванию, пошел на монетизацию, он все равно имеет возможность получить дорогостоящее лекарство за счет нашего госпитального сегмента, то есть через наш дневной стационар. А еще есть возможность получить помощь в обеспечении препаратами от региона по решению врачебной комиссии.

Как же все-таки решить проблему?

Жуков: Увы, проблема рака системна. Ни врачи, ни больные, ни чиновники не смогут решить ее по отдельности. Необходима координация, которая всегда была слабым местом. Нужна объединяющая платформа, позволяющая задействовать все «рода войск» в борьбе против рака. Возьмем за пример программу «Живи без страха!». Программа охватывает всех участников процесса: администраторов, врачей, больных и тех, кто не болен и хочет оставаться таковыми. Врачам регионов, у которых зачастую нет возможности получать дополнительное образование, программа предоставляет наиболее современную медицинскую информацию. Администраторам и чиновникам — показывает важность проблемы, а также позволяет выделиться тем, что они эффективно снижают смертность. Больным — помогает получить адекватное лечение, а также объединиться для совместного решения проблем.

А простым гражданам, считающим себя здоровыми и не помышляющими об онкологии, дает стимул для того, чтобы задуматься о спасении своей жизни.

Какие рекомендации сегодня наиболее актуальны?

Модестов: Средний возраст рака — 65 лет, но манифестирует опухоль раньше. Поэтому нужно обследоваться регулярно, помнить, что есть бесплатная диспансеризация раз в три года — для тех, чей возраст делится на три.

Еще у нас есть онкоскрининг. В возрасте, не подлежащем диспансеризации, можно пройти это исследование через смотровые кабинеты на наружные раки.

Чем человек старше, тем слабее у него иммунитет. И если у вас в семье были онкологические заболевания, то нужно знать возраст, когда заболели родственники, и примерно за пять лет до этой отметки, начинать серьезно себя осматривать. Может быть, даже платные обследования пройти тех органов, которые поражались у родственников, если эти обследования не включены в бесплатные государственные программы. И еще каждая женщина должна ежегодно посещать гинеколога, а мужчина — уролога. В особенности с возрастом. Это позволяет не только вовремя выявить онкологическое заболевание, но и успешно бороться с хроническими болезнями.

В статье использовались материалы с сайтов:

«

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий